Елена Семёнова (elena_sem) wrote in od_novorossia,
Елена Семёнова
elena_sem
od_novorossia

Михаил Назаров. Русские и Европа в нынешней геополитике (1)

Михаил Назаров19 ноября 2015 г. в С.-Петербурге в Институте русской литературы (Пушкинский Дом) Российской Академии Наук состоялась вторая Международная научная конференция «Слово. Отечество. Вера». Предлагаем доклад М.В. Назарова. – Ред.

Хотя конференция посвящена литературе, в программе была предложена такая геополитическая тема. Она, конечно, присутствует и в литературе в той мере, в которой авторы отражают суть данной проблемы.

А проблема очень старая и состоит в том, что еще с петровских времен либеральная часть русского общества (Чаадаев и др.) считает Европу центром мiра и развитым образцом для "отсталой" России, а другая часть – нашим врагом, чему свидетельство – многие войны, в XIX веке это и наполеоновское нашествие двунадесяти языков, и Крымская война и антирусская позиция Европы в русско-турецкой войне 1877-1888 гг. за освобождение балканских славян. И если славянофилы поначалу считали Европу "страной святых чудес" (А.С. Хомяков), надеясь спасти ее от духовной гибели братским русским влиянием (И.В. Киреевский), то их продолжатели Н.Я. Данилевский в своей знаменитой книге "Россия и Европа", Ф.М. Достоевский в "Дневнике писателя", К.Н. Леонтьев в книге "Восток, Россия и славянство" – уже обособляли славянский мiр от постоянно враждебной Европы.

Сегодня понятие европейской цивилизации распространяется также на колонизированные ею земли, прежде всего на Америку, которая ответно подмяла под себя Европу, превратив ее в свою геополитическую колонию. З. Бжезинский откровенно заявляет:




«Западная Европа, а также все больше и больше и Центральная Европа остаются в значительной степени американским протекторатом, при этом союзные государства напоминают древних вассалов... Европа является важнейшим геополитическим плацдармом» США в Евразии; «любое расширение пределов Европы автоматически становится  также расширением границ прямого американского влияния... Расширенные Европа и НАТО будут способствовать реализации краткосрочных и долгосрочных целей политики США... но без образования такой интегрированной в геополитическом плане Европы, которая могла бы вскоре бросить вызов Соединенным Штатам в геополитических вопросах, имеющих крайне важное для Америки значение, в частности на Ближнем Востоке» (Бжезинский З. Великая шахматная доска. М. 1998. С. 76, 236.).



То есть Европа (в широком понимании – Запад) – понятие для нас теперь не географическое, и даже не культурное, а именно геополитическое, причем явно враждебное, к сожалению, поскольку Бжезинский в упомянутой книге объявляет целью США господство над суперконтинентом Евразия – это «главный геополитический приз для Америки». И поскольку в Евразии территориально преобладает Россия, необходимо ее расчленить, тем более что она «политически нейтрализована и исторически презираема». Бжезинский называет Россию «черной дырой» и цинично заявляет, что «потеря территорий не является для России главной проблемой».

Тем не менее и сегодня в российском обществе и даже во властных структурах можно услышать "партнерские" надежды на то, что у нас общая христианская цивилизация. Так ли это, и в чем же причина этой двойственности в истории отношений России и Европы? Может быть, я напомню что-то давно известное, о чем сегодня многие не задумываются.

1. Для этого необходимо рассмотреть с духовной точки зрения, что такое Европа (Запад) и что такое Россия в человеческой истории. В Священном Писании нам открыто, что история начинается как бунт свободной твари против творца: предводитель ангелов из гордости стал противником Бога, пытаясь соперничать с ним за власть над мiром. Ему удалось обманом и с помощью все той же гордыни ("будете, как боги") увлечь на этот путь первых людей. Их своеволие внесло в мiр болезнь греха, исказившего первоначальное мiроустройство, и Богу понадобилось сначала этот грех пресечь потопом, потом второй раз – разрушением строительства Вавилонской башни «высотою до небес» (Быт. 11; это также символ человеческой гордыни) и установлением языковых перегородок в человечестве, чтобы осложнить распространение зла в мiре, и, наконец, Бог создал с нуля Свой народ Божий для его воспитания в верности Богу и воплощения Спасителя человечества.

В Ветхом Завете подробно описана борьба сатаны за похищение этого народа у Бога, падения этого народа и его восстановления через увещевания пророков. Но пророков народ чаще убивал. Для совращения народа Божия сатана опять-таки использовал гордыню, побудив народ толковать свое избранничество не как духовный подвиг несения истины всем народам, а как избранничество для господства над ними (и сейчас в официальных источниках можно прочесть, что «создание мира произошло для евреев» – http://rusidea.org/?a=36007). В конце концов, большая часть этого народа и его вожди выбирают себе новым отцом вместо Бога его соперника, который также хочет земной власти над человечеством – диавола (Ин. 8:44), и убивают пришедшего Мессию, ожидая своего "иного" мессию-антихриста: «Я пришел во имя Отца Моего, и не принимаете Меня; а если иной придет во имя свое, его примете» (Ин. 5:43). Благословение Божие отнимается у еврейского народа и передается новому народу Божию – христианской Церкви, в которую входит и малая часть еврейского народа, верная Богу, и могут войти представители всех народов, как и было возвещено Богом еще Аврааму. Всё это – неотъемлемая часть церковного учения, раскрывающая смысл истории.

С этого времени в противоборстве Бога и его противника, сатаны, за власть над мiром очевидны эти две разные деятельные силы в человечестве, вырастающие в две противоборствующие армии: армия Бога и армия сатаны, которые завоевывают пространства земли для учреждения своих противоположных типов государственности. В этом драматичность истории, потому что Господь Бог не нарушает свободу людей, ибо только добровольное и сознательное служение Богу имеет ценность, сатана же действует обманом – "отцом лжи" назвал его Христос.

2. Господу Богу было угодно, чтобы Мессия воплотился в Римской империи (Палестина была ее провинцией), власть которой распространялась на многие народы, и потому распространение христианства шло в этой империи вокруг Средиземноморья и в европейских народах с центром в Риме. Еврейское государство в Палестине было разрушено как непригодное для христианизации мiра, и ее основой стала античная колыбель Европы. Причем даже дохристианская римская власть была положительным явлением, ибо ограничивала зло, поэтому апостолы призывали подчиняться ей, предвидя ее христианизацию.

После падения Рима в V веке под натиском варваров – культурным и духовным центром Европы становится греческий Константинополь, столица уже христианской Восточной Римской империи – Второй Рим, основанный Императором Константином Великим. В нем на Вселенских Соборах окончательно формируется и церковное учение. Однако первый Рим постепенно оправился, счел себя восстановившимся (провозгласив в 800 г. своим императором Карла Великого) и в своей гордыне стал претендовать на первенство, в том числе в Церкви, что привело к ее расколу на западное и восточное христианство. Восточное бережно и хранило и развивало догматы Вселенских Соборов и Предание отцов Церкви, и ее вектор, в симфонии с государственной властью, был устремлен к спасению народа от земного греха и его приведению через море житейское в Царство Небесное. Западная же Церковь стремилась сама стать государственной властью для создания Царства Божия на земле всеми прагматическими земными средствами, основанными на римском рациональном наследии: властно-политическими и военно-завоевательными, в том числе карательной инквизицией. Это, конечно, был очередной успех сатаны: отход Западной Европы от подлинного христианства и от наследия Вселенских Соборов, хотя в Средневековье там наблюдался и расцвет христианской культуры в ее западном прикладном варианте.

Горделивые претензии Западной Церкви на первенство не только хронологическое (по старшинству римской столицы), но и вероучительное, привели к самовольному приземляющему искажению церковного учения и в результате, в XI веке, – к отколу от Православия. Это совпало с эпохой так называемого "Возрождения" – возрождения земных языческих ценностей. Тем самым оформилось разделение ранее единой европейской цивилизации на две части, из которых восточная продолжала сохранять правильную традицию (отсюда самоназвание "православная"), а западная ступила на путь нарастающего приспособления христианства под нужды земного господства (называя себя "католической", т.е. вселенской в количественном смысле). Таким образом христианская цивилизация раздвоилась на христианскую апостасийную, постепенно отступающую от Бога для служения греховному мiру сему, и христианскую удерживающую мiр от зла – в смысле слов апостола Павла об "удерживающем" (2 Фес. 2).

Дальнейшая апостасия западной Церкви привела к расколу в ней, называемому Реформацией: возникло упрощенное христианство под сильным материалистическим влиянием иудаизма. (Об этом имеются исследования еврейских ученых, гордящихся таким влиянием, напр.:  Newman, Louis Israel. Jewish Influence on Christian Reform Movements. New York, 1925.) В частности, снятие прежних нравственных ограничений на хозяйственную деятельность привело к связыванию богоизбранности с богатством, к возникновению масонства как унии модернизированного христианства с иудаизмом и к распространению именно такого иудохристианства на колонизируемые континенты. Масонством были созданы США как оплот государственности нового типа. В этом русле шло и развитие капитализма – плода протестантской Реформации, масонства и еврейского влияния (как последнее отражено у В. Зомбарта в знаменитой книге "Евреи и хозяйственная жизнь": «США – это кристаллизовавшийся еврейский дух»). Последовавшие буржуазные революции в Европе свергли в ней христианские монархии (или реформировали их в новом духе, лишив реальной власти), дали равноправие антихристианскому иудаизму и установили таким образом власть денег, которая могла себе поставить уже цель глобального господства.

3. Главным препятствием этому оставалась православная Россия. Русь получила в ХХ веке христианство из Константинополя и в течении полутысячелетия была церковной провинцией Второго Рима. Но он постепенно слабел. И после его сокрушения турками в XV веке, освободившаяся от ордынского ига окрепшая Русь стала преемницей удерживающей миссии вселенской империи – Третьим Римом.

С этого времени диавол, реформировав и расколов европейское христианство, направляет свои усилия на подчинение Руси. Военные нашествия латинян в XIII веке потерпели поражение, а иго восточной орды в конечном счете оказалось духовно менее опасным и сплотило Русь не только для освобождения, но и как единое самодержавное государство в симфонии с церковной властью. Реформация (в виде т.н. "ереси жидовствующих") на Руси была отвергнута. Тогда диавол прибегает к использованию все того же своего эффективного средства: материальных соблазнов и гордыни.

Западноевропейские народы, соответственно своей прагматичной земной цели, постоянно шли впереди прикладного научно-технического прогресса, а восточные христиане долгое время лишь перенимали с Запада его плоды. Царь Петр увидел в этом отсталость Руси, и ему захотелось стать на один уровень с западной цивилизацией. Это было бы уместно в прикладных целях обороны от той же Европы, однако Петр увидел именно в Западе и в его ценностях центр мiра и цель государственности. По выражению архимандрита Константина (Зайцева), в петровский период идеал Великой России стал заслонять собою идеал Святой Руси. То есть это вело к капитуляции христианской удерживающей цивилизации перед христианской апостасийной, которую именно в виде реформированной протестантской культуры Петр стал насильно насаждать в России. Тогда же в Россию стало внедряться масонство, приведшее к восстанию декабристов.

Петровские реформы усугубили печальный церковный раскол и вызвали раскол в самом русском обществе на озападненные верхи и православные народные низы. Но постепенно происходило и научение верхов от обратного, чему помогал сам Запад и своей нараставшей русофобией, и антихристианской Французской революцией, и нашествием Наполеона, и Крымской войной. Благодаря этому в XIX веке царская власть в России стала неуклонно "праветь", а в русском обществе обострилось противостояние западников и славянофилов.

4. Фактически наши западники не знали Европы, идеализировали ее и культивировали свой миф о ней как идеал прав, свобод, справедливости, прогресса и высокой культуры. Этот идеал у многих разрушался при реальном знакомстве с Европой. В виде литературных примеров отрезвления можно упомянуть "Записки первого путешественника" масона Д.И. Фонвизина о быте Франции и Германии в 1777-1778 гг. с разочарованием от западного мещанства и рационализма. Масон Н.М. Карамзин в 1789-1790 гг. посетил Австрию, Швейцарию, Францию, Англию, встречался с И. Кантом, И. Гете, в Париже был свидетелем ужасов Французской революции. Критические впечатления от поездки Карамзин изложил в "Письмах русского путешественника". «Век просвещения! Я не узнаю тебя – в крови и пламени не узнаю тебя – среди убийств и разрушения не узнаю тебя!» ("Мелодор к Филалету"), – писал Карамзин, и во время масонского восстания декабристов в 1825 г. он стоял на Сенатской площади рядом в Царем. В середине XIX века политэмигрант-революционер А.И. Герцен также разочаровался в Западе и в разгар Крымской войны написал письмо Императору Александру II, мечтая уже не о революции, а о возможности мирных преобразований силами самой российской монархии. Общеизвестны перемены в мiровоззрении Н.В. Гоголя, И.В. Киреевского, Достоевского и других видных деятелей после пребывания на Западе.

Характерно известное высказывание К.Н. Леонтьева: «Не ужасно ли и не обидно ли было бы думать, что Моисей всходил на Синай, что эллины строили свои изящные Акрополи, римляне вели Пунические войны, что гениальный красавец Александр в пернатом каком-нибудь шлеме переходил Граник и бился под Арабеллами, что апостолы проповедовали, мученики страдали, поэты пели, живописцы писали и рыцари блистали на турнирах для того только, чтобы французский, немецкий или русский буржуа... благодушествовал бы "индивидуально" и "коллективно" на развалинах всего этого прошлого величия?.. Стыдно было бы за человечество, если бы этот подлый идеал всеобщей пользы, мелочного труда и позорной прозы восторжествовал бы навеки!» (Восток, Россия и Славянство. М., 1996. С. 373).

Особенно ярко это выразилось в книге Н.Я. Данилевского "Россия и Европа" (1869), в которой он отрицает единое понимание "прогресса" и развивает теорию культурно-исторических типов человечества. (Впоследствии подобные идеи о разных типах цивилизаций были выражены и в трудах западных авторов: О. Шпенглера, В. Шубарта, А. Тойнби, причем последний отметил, что европейская культура в своем глобальном натиске стала «прижимать к стенке» все остальные самобытные культуры по всей планете.) В теории Данилевского в значительной мере сказался его подход натуралиста, что определило и новизну книги, и ее слабые стороны. Наиболее ценное содержание книги – развенчание подражательства Западу: «Западничество, или европейничанье... та болезнь, которою страдает русское общественное тело, – болезнь, под которую подводятся все наши общественные недуги...». Однако недостаток его теории панславизма заключался в превалировании кровно-языкового критерия над духовным, и потому она, конечно, была утопична: западные славянские народы, не приобщившись к Православию или утратив его, стали по сути духовными задворками Европы, имея с нею больше общего, чем с православными славянскими братьями. Это было главной причиной краха всех проектов панславизма как геополитического явления.

5. Говоря о враждебности Европы, следует отметить, что на Западе веками распространяется огромное количество клеветы о "варварской", "рабской" и "агрессивной" России (в которой, мол, поэтому и зверства большевизма "не оказались ничем новым"). Одна из причин этой клеветы – страх пред нараставшим российским могуществом. Поэтому клеветали на Россию даже в наш наиболее западнический XVIII век со всей его "просвещенческой" подражательностью, вольнодумством, легкомыслием нравов, смесью духовного разложения и величественного государственного патриотизма. И даже нерусской Екатерине II пришлось писать отповедь на клеветническую книгу французского аббата Шапп д'Отрош "Путешествие в Сибирь" (Париж, 1768), о «дикой» стране и «невежественном» народе. Ответ Императрицы был опубликован анонимно также на французском языке под названием "Антидот" ("Противоядие").

Таково же было множество сочинений о России неудачливых искателей почестей вроде Ш. Массона, В. Гена, Ж. Мишле, П. Делагарда и маркиза де Кюстина. Одним страхом перед русской огромностью объяснить эту клевету невозможно, если также учесть многие случаи подлога, начиная от фальшивого "завещания Петра I" с планом мiрового господства. Многие из этих мифов использовались в антирусской большевицкой пропаганде и по сей день цитируются на Западе и даже в "демократической" РФ как истина о дореволюционной России и русском характере.

Такое обилие клеветы именно против удерживающей православной России должно иметь особую причину. Нам она видится в том, что ведущий слой западного апостасийного мiра подсознательно чувствовал свое отступничество, ощущая в России нечто духовно более истинное и великое в сравнении с собой ("правда глаза колет") – и потому чернил русских с целью самооправдания, в том числе оправдания своих агрессий и колониальных захватов, приписывая нам в утрированной форме ("тюрьма народов") свои, в сто крат худшие, грехи. А побуждал их к этому известный "отец лжи" – диавол, что в переводе с греческого, напомним, как раз и означает: клеветник.

6. Еще более наглядно враждебность Европы к России выявилась в революции 1917 года. Европейские союзники России цинично предали ее в Мiровой войне, инициировав свержение российской монархии. Премьер-министр Ллойд Джордж в британском парламенте «с чувством живейшей радости» приветствовал свержение русского Царя и открыто признал: «Британское правительство уверено, что эти события начинают собою новую эпоху в истории мiра, являясь первой победой принципов, из-за которых нами была начата война»; «громкие возгласы одобрения раздались со всех мест» (Биржевые ведомости. М., 1917. 8/21 марта). Комментируя это заявление, английская газета "Дейли ньюс" охарактеризовала Февральскую революцию как «величайшую из всех до сих пор одержанных союзниками побед... Этот переворот несравненно более важное событие, чем победа на фронте» (Новое время. Пг., 1917. 12/25 марта; Утро России. М., 1917. 9 и 12 марта)...

Неудивительно, что после падения недееспособного Временного правительства европейские демократии во главе с США сделали ставку на интернационалистов и антидемократов большевиков, поддержав их в оккупации России против русских Белых армий. Это делалось тайно, но документально доказано в книге американского профессора Э. Саттона "Уолл-стрит и большевицкая революция" на основании архивов Госдепартамента США. Такая политика определялась банкирами, которые стремились захватить российский рынок как «величайший военный трофей, который когда-либо знал мiр» (выражение директора Федерального резервного банка Нью-Йорка У.Б. Томпсона в меморандуме премьер-министру Великобритании Ллойд Джорджу, декабрь 1917 г. – http://rusidea.org/?a=450000).

7. Русские эмигранты, оказавшиеся после революции на Западе, стали там неудобным свидетелем предательства России Западом в Первой мiровой и затем в гражданской войне. Западные демократические правительства быстро признали власть большевиков "легитимной" и оказали ей дипломатическую, экономическую, военно-технологическую поддержку, закрывая глаза на все ее преступления против нашего народа. Множество обращений Церкви и эмигрантских организаций к западным властям с призывом осознать мiровую опасность богоборческого коммунизма были наивны, потому что коммунистическая идеология была изначально создана Западом для сокрушения православной России.

И.А. Ильин писал: «Да, у себя они не хотят коммунизма, но коммунизм в других странах им кажется не только не опасным, но как-то даже полезным: в одних странах он истребит национальную аристократию и тем обезпечит "демократический режим", в других странах он подготовит расчленение государства и ликвидирует великодержавность, а впоследствии он всюду откроет пустые и голодные рынки, что так важно для... вывозной торговли...» (Наши задачи. Париж. 1956. Т. II. С. 478-479.)

Постоянный адрес данной страницы: http://rusidea.org/?a=6039



Михаил Назаров. Русские и Европа в нынешней геополитике (2)
http://od-novorossia.livejournal.com/1473720.html


Tags: -02. АНАЛИТИКА, 19. Назаров Михаил
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments